Главная | Культура | Историография | Иностранцы о черкесах. Часть 3. О черкесских лошадях

Иностранцы о черкесах. Часть 3. О черкесских лошадях

Автор
Размер шрифта: Decrease font Enlarge font
Иностранцы о черкесах. Часть 3. О черкесских лошадях

Конь в жизни черкесов играл значительную роль, ведь для черкеса – это не просто, животное, а его верный спутник, друг, свидетель его чести и славы, член семьи. Польский офицер Теофил Лапинский в середине 19 века свидетельствовал относительно причерно-морских черкесов (шапсуги, абадзехи, натухайцы), что мало семей, которые имеют больше 12-15 лошадей, но зато мало и таких, которые совсем не имеют лошадей. “В общем, можно считать, что в среднем на каждый двор приходится 4 лошади, что составит для всей страны около 200 тысяч. На равнине число лошадей вдвое больше, чем в горах”. Коневодство имело большие масштабы у живущих на равнинах и предгорьях темиргоевцев, бесланеевцев и, особенно, кабардинцев, чем у остальных черкесов.

 
Грузины не были исключением в стремлении приобрести себе породистого черкесского коня. Вот что рассказал нам телохранитель первого президента Грузии Звиада Гамсахурдиа Нодар Маисурадзе об истории покупки его прадедом Иванэ Маисурадзе жеребенка в Кабарде в начале 20 века.
«Мой прадед был состоятельным человеком в то время и владел большим количеством домашнего скота, лесом. Он жил в высокогорном районе Рача, в селении Мтебиси (тогдашнее название: Сханари). Через свои связи и знакомства, он купил в Кабарде жеребенка, что было в наших краях тогда редкостью, так как лишь немногие это могли себе позволить. У нас в регионе тогда имелись лишь мегрельские и хевсурские лошади, удобные для переходов в горах.
Так вот, за жеребенка мой прадед заплатил: 4 коровы, 2 вола, 24 барана, 2 бочки муки, плюс еще некоторое количество золотых николаевских монет. Жеребенок был сероватого цвета. У него была редкая особенность: в ноздрях присутствовала еще одна перепонка. такую лошадь редко можно было найти. До сих пор, у нас в районном центре, в полигоне, где торгуют скотом, вспоминают эту лошадь моего прадеда. Насколько она была уникальна и известна.
Черкесская лошадь моего прадеда ни с кем, кроме хозяина, не входила в контакт. Была очень преданная. Долго рассказывали у нас в семье, что во время какого-либо застолья, в гостях, мой прадед говорил остальным относительно отпущенного коня: кто сможет поймать мою лошаль, я для него теленка зарежу и т. д. И вот так молодые ребята бегали возле леса за его черкесской лошадью с веревками, но не могли поймать. А когда Иванэ Маисурадзе выходил от гостей, свистел как-то по-своему и конь сам к нему прибегал. И что интересное, как рассказывали нам в семье: когда всадник садился верхом, лошадь прогибалась на несколько сантиметров - до того его позвоночник был гибким. Она была еще очень красивая.
Черкесскую лошадь моего прадеда вместе с его остальным имуществом отобрали во время раскулачивания большевиками».
Другие известные иностранцы в разное время охотно писали о черкесских лошадях.


Французский купец Жан Батист Тавернье (17 век).
«Их главное богатство заключается в стадах, в особенности в прекрасных лошадях, очень сходных с испанскими».
Видный французский ученый, дипломат и политический деятель Карл Пейсонель (1727 — 1790 гг.).
«Черкесские лошади чрезвычайно ценятся. Они высокие, хорошо сложены, чрезвычайно сильные и выносливые как в беге, так и в усталости…».
Влиятельный английский чиновник Эдмонд Спенсер, совершивший в 1830-е путешествие в Черкесию.
«… ни в одной стране мира с лошадью не обращаются лучше, чем здесь, нет другого народа, который понимал бы лучше, как управлять ею. Великий секрет, кажется, в доброте; ее никогда не бьют; следовательно, ее дух остается несломленным и привязанность к своему хозяину не ослабленной. Плавание, вместе со всеми партизанскими мероприятиями, в которых ей приходилось участвовать, является их достижением, и стечением времени лошадь становится такой же хитрой и искусной в уклонении бегством, как человек. Я часто видел ее лежащей у ног своего хозяина, когда в засаде, в совершенном покое… она без всякого сопротивления позволяет приспосабливать свою голову как опору для винтовки»/


Известный немецкий ученый-естественник Карл Кох (1809 — 1879 гг.).
«… прежде всего любят лошадей, верных спутников черкесов на пути славы и чести. Они превосходны и дорого стоят на Кавказе. Черкесы так же, как и арабы, заботятся о чистоте кабардинской породы и не терпят ни малейшего отклонения от нее…»
Российский ученый, агроном, действительный член Русского географического общества Иван Николаевич Клинген (1851 — 1922).
«Лошади разводились главным образом верховой породы и славились своею необыкновенной быстротой, выносливостью и преданностью хозяину, за которым каждая обыкновенно приучалась ходить, как ручная собака, прибегала на его свист, ложилась рядом с ним в траве во время засад и вообще поражала своей понятливостью и качествами, редкими в животном… В прежнее время, черкесские конные заводы пользовались громкой славой, но непрестанные войны с русскими мало-помалу, довели до упадка эту несомненно прибыльную отрасль. За хороших вых коней джигиты платили бешеные деньги, и, кроме того, лучшие верховые лошади вывозились в Турцию, где продавались за очень высокую цену»…

Обзор подготовила Лариса Тупцокова.

  • Отправить другу Отправить другу
  • Версия для печати Версия для печати
  • Текст Текст

Tagged as:

ЧКЦ, лошадь

Оцените статью

0